ГОЛОВА представляет нас самих.

Это то, что мы показываем миру. Нас узнают по голове. Когда что-то не в порядке с головой, это значит, что что-то не в порядке с нами.

ВОЛОСЫ представляют силу.

Когда нам очень страшно, мы создаем «стальной ремень», который обычно начинается в плечевых мускулах, а потом идет к голове, а иногда к глазам. Волосы прорастают через волосяной мешочек. Когда мы создаем большое напряжение в черепной коробке, эти мешочки автоматически закрываются и волосы начинают отмирать и выпадать. Если напряжение постоянно продолжается и череп не расслаблен, волосы перестают расти. Результат — лысина. Женщины начали лысеть с тех пор, как они воли в «деловой» мужской мир. Мы, конечно, это далеко не всегда замечаем, так как многие парики выглядят совершенно натурально.

УШИ представляют собой символ способности слушать и слышать.

Когда у человека проблемы с ушами, это значит, что в его жизни происходит нечто такое, что он наотрез отказывается слышать. Боль в ушах — это пример наивысшего раздражения в отношении того, что вы слышите. У детей часто бывают боли в ушах. Им, бедным, приходится выслушивать дома все то, что им не хочется слышать. Выражать свой гнев ребенку запрещено, а так как он практически не в силах что-либо изменить, то эта невозможность и приводит к боли в ушах. Глухота представляет собой долгое — возможно продолжающееся всю жизнь — нежелание кого-либо слушать. Обратите внимание: когда мы видим одного партнера со слуховым аппаратом, другой говорит без остановки.

ГЛАЗА говорят о возможности видеть.

Когда у нас проблемы с глазами, это обычно означает, что мы отказываемся что-либо видеть — или в нас самих, или в своей жизни. Когда я вижу маленьких детей в очках, я знаю: что-то не в порядке дома, они в прямом смысле отказываются на что-то смотреть. Если они не в силах изменить домашнюю ситуацию, то они буквально рассеивают свое зрение, с тем, чтобы глаза потеряли способность видеть ясно.

Головные боли происходят, когда мы себя чувствуем неполноценными.

В следующий раз, когда у вас заболит голова, остановитесь на минутку и спросите себя, где вы себя чувствуете униженным и почему. Простите себя, пусть это чувство уйдет, и ваша головная боль исчезнет сама собой.

Мигрени создаются людьми, которые хотят быть совершенными, а также теми, у кого накопилось много раздражения в этой жизни.

ШЕЯ И ГОРЛО очень интересны.

Шея — это способность к гибкости мышления, способность увидеть другую сторону вопроса и понять точку зрения другого человека. Когда у нас проблемы с шеей, это значит, что мы упрямимся и отказываемся быть более гибкими. Горло представляет нашу способность постоять за себя, попросить того, чего мы хотим. Проблемы с горлом возникают от чувства, что мы «не имеем права», и от ощущения собственной неполноценности. Больное горло — это всегда раздражение. Если ему сопутствует простуда, то, помимо этого, еще и замешательство.

Ларингит обычно означает то, что мы так злы, что буквально не можем говорить. Горло, кроме того, представляет собой участок организма, где сосредоточена вся наша творческая энергия. Болезни, связанные с гландами и щитовидкой, свидетельствуют поэтому о том, что в творческом смысле вам не удалось сделать то, что бы вы хотели. Именно в области горла прежде всего происходят наши перемены. Когда мы сопротивляемся переменам, у нас чаще всего появляются проблемы с горлом. Обратите внимание на то, как мы иногда начинаем кашлять ни с того, ни с сего. Или кто-нибудь другой начинает кашлять. Что именно говорится в эту минуту? На что мы реагируем? Может быть это упрямство, сопротивление или свидетельство того, что мы в процессе перемены?

СПИНА представляет собой систему поддержки.

Проблемы со спиной указывают на то, что вы чувствуете недостаточную поддержку. Слишком часто мы думаем, что нас поддерживает семья и друзья. В действительности же это поддержка Вселенной и самой Жизни.

Проблемы с верхней частью спины — сигнал недостаточной эмоциональной поддержки: «Мой муж (любовник, друг) не понимает и не поддерживает меня». Средняя часть спины имеет прямое отношение к чувству вины. Боитесь ли вы того, что у вас сзади, или прячете что-то там? Нет ли у вас чувства, что кто-то ударил вас в спину?

Беспокоитесь ли вы все время о своих деньгах? Какова у вас ваша денежная ситуация? Она может быть источником проблем с нижней частью спины. Легкие — это способность брать и давать жизнь. Проблемы с легкими обычно возникают из-за нашего нежелания или страха жить полной жизнью, или от того, что мы считаем, что у нас нет права жить в полную силу. Те, кто много курят, обычно отрицают жизнь. Они скрывают за маской чувство свой неполноценности.

ГРУДЬ — олицетворение материнства.

Когда возникают проблемы с молочными железами, это значит, что мы буквально душим своим вниманием другого человека, вещь или ситуацию. Если имеет место рак груди, это дополнительно еще и накопленная обида или злоба. Освободитесь от страха и знайте, что в каждом из нас активен и действует разум Вселенной.

СЕРДЦЕ, конечно, символизирует любовь, а КРОВЬ — радость.

Когда у нас в жизни нет любви и радости, то сердце буквально сжимается и становится холодным. В результате кровь начинает течь медленнее и мы постепенно идем к анемии, склерозу сосудов, сердечным приступам (инфаркту). Мы настолько иногда запутываемся в жизненных драмах, которые сами себе создаем, что совсем не замечаем радости, которая нас окружает. Золотое сердце, холодное сердце, черное сердце, любящее сердце — а какое у вас сердце?

ЖЕЛУДОК перерабатывает, переваривает все новые идеи и ситуации.

А что и кого вы можете «переварить»? Когда у нас проблемы с желудком, это обычно означает, мы не знаем, как ассимилировать новую жизненную ситуацию. Нам страшно. Многие из нас помнят время, когда пассажирские самолеты только начали летать. Для нас это была новостью идея полета в небо, и нам было чрезвычайно трудно ассимилировать ее в нашем мозгу. На каждом сидении имелись пакеты, которые выручали нас, если нам становилось плохо. И мы почти всегда ими пользовались. Сейчас же, много лет спустя, хотя пакеты предоставляются по-прежнему, ими никто не пользуется. Мы, наконец, ассимилировали идею полета.

Язва желудка — это более чем просто страх, чувство, что мы недостаточно хороши или полноценны. Мы боимся, что недостаточно хороши для своих родителей, боссов, учителей и т.д. Мы буквально не можем переварить того, что мы из себя представляем. Мы то и дело стараемся угодить другим. Неважно, какой пост вы занимаете на работе, у вас может совершенно отсутствовать чувство собственного достоинства. Ответ на разрешение такой проблемы — любовь. Люди, которые любят и уважают себя, не имеют язв. Будьте же нежной и внимательной к ребенку внутри вас (помните наше упражнение?) и всегда поддерживайте и уважайте его.

Камни в желчном пузыре символизируют накопленные горькие мысли, а также гордость, которая вам мешает избавиться от них.

Попробуйте следующее упражнение: говорите себе постоянно: «Я с радостью отпускаю свое прошлое. Жизнь прекрасна и я тоже».

Проблемы с мочевым пузырем, задним проходом, половыми органами происходят из-за извращенных идей о наших телах и функциях, которые они выполняют. Каждый орган нашего тела — это великолепное отражение самой жизни! Мы же не думаем, что жизнь грязная и грешная. Почему же мы такое думаем о половых органах? Задний проход так же прекрасен, как и уши. Без заднего прохода мы были не в состоянии освободиться от шлаков и погибли бы очень быстро. Каждая часть нашего тела и каждая функция, которую она выполняет, совершенно нормальна, естественна и прекрасна. Наши половые органы были созданы для удовольствия. Отрицать этот факт — значит создавать боль и наказание. Секс прекрасен и для нас совершенно нормально заниматься сексом, так же, как есть и пить. На минутку представьте себе бесконечность Вселенной. Нам такое трудно даже представить. А внутри Вселенной много галактик. Вокруг Солнца вращаются много планет, среди которых — Земля. И знаете, мне невероятно трудно представить, что та Сила, которая создала всю Вселенную — это всего лишь старик, который сидит себе на облаках и… наблюдает за нашими половыми органами! И все-таки именно этому научили многих из нас, когда мы были детьми. Для нас очень важно избавиться от этих глупостей. Однако не поймите меня неправильно. Я ни в коем случае не проповедую свободный секс с кем попало.

Просто многие из наших правил давно устарели, поэтому многие их нарушают и становятся лицемерами. Когда мы удалим вину сексуальности из нашего сознания и научим людей любить и уважать себя и, следовательно, других, только тогда они автоматически станут жить во имя высшего — Добра и Радости. У нас у всех так много проблем с сексуальностью из-за нашей самоненависти и самоотвращения. Поэтому мы плохо относимся и к себе и к другим. Недостаточно давать в школах сексуальное образование. Нам необходимо, на более глубоком уровне, разрешить детям понять, что их тела, половые органы и сексуальность созданы для радости.

ЯИЧНИКИ представляют собой творческую энергию.

Проблемы с ними — невыраженные творческие возможности.

НОГИ несут нас по жизни.

Проблемы с ногами свидетельствуют о страхе продвигаться вперед или нежелании двигаться в определенном направлении. Наши ноги нас везут, тащат, волочат, а на них сидят большие, жирные, полные детских обид бедра. Нежелание действовать часто проявляется в серьезных проблемах с ногами. Варикозные вены — это или дом, или работа, которые вы ненавидите.

Несчастные случаи совсем не «случаи». Как и все остальное в нашей жизни, мы их создаем. Вовсе не надо себе говорить: «Хочу, чтобы со мной произошел несчастный случай». Мы просто создаем систему умственных убеждений, которая может привлечь несчастный случай. С некоторыми из нас постоянно случается что-то, а другие проживают жизнь без одной царапины. Несчастные случаи — это выражение раздражения и обиды. Они являются выражением безысходности и полной несвободы человека заявить о своих чувствах. Несчастные случаи — это также восстание против представителя власти. Мы так злимся, что хотим кого-нибудь ударить, а вместо этого ударяем самих себя. Когда мы злимся на самих себя, чувствуем себя виноватыми, когда мы буквально ищем себе наказание, оно приходит в форме несчастного случая.

На первый взгляд мы лишь невинные жертвы несчастного случая. Несчастный случай позволяет нам обратиться за помощью и сочувствием к другим. Нам омывают раны и ухаживают за нами. Часто мы вынуждены лежать в постели, иногда в течение долгого времени. И мы стонем от боли. С помощью боли наше тело подсказывает нам, над чем в жизни нам нужно еще поработать. Размер боли указывает, насколько жестоко мы хотели наказать себя.

Ревматизм — болезнь, приобретенная от постоянной критики себя и других.

Люди с ревматизмом обычно привлекают к себе людей, которые их постоянно критикуют. Это происходит из-за их собственного убеждения, что они должны критиковать других. На них лежит проклятие — это их желание постоянно быть «совершенством», с любыми людьми, в любой ситуации. Их ноша поистине невыносима.

Астма. Человеку с астмой кажется, что у него нет права дышать самому.

Дети-астматики — это, как правило, дети с высокоразвитой совестью. Они за все принимают вину на себя. Иногда им помогает перемена места жительства, особенно если вся семья не едет с ними. Обычно дети-астматики выздоравливают. Этому способствует школа, новые жизненные ситуации, когда приступ повторяется, как будто кто-то нажал на кнопку.

Рак — болезнь, вызванная глубокой накопленной обидой, которая в буквальном смысле начинает поедать тело.

В детстве происходит нечто подрывающее нашу веру в жизнь. Этот случай никогда не забывается, и человек живет с чувством огромной жалости к себе. Ему трудно порой иметь долгие, серьезные взаимоотношения. Жизнь для такого человека состоит из бесконечных разочарований. Чувство безысходности и безнадежности преобладает в его сознании, ему легко винить других за свои проблемы. Люди, страдающие раком, очень самокритичны. Как я убедилась на собственном опыте, приобретенное умение любить себя и принимать себя такой, какая ты есть, излечивает рак.

Излишний вес — не что иное, как нужда в защите.

Мы ищем защиту от боли, критики, сексуальности, оскорблений и т.д. Обширный выбор, не правда ли? Я никогда не была толстой, однако на собственном опыте убедилась, что когда я себя чувствую неуверенно и вообще неважно, я автоматически толстею на несколько килограмм. Когда угроза исчезает, излишек веса исчезает тоже. Бороться с миром — пустая трата энергии и времени. Как только вы прекращаете сопротивляться, ваш вес тут же нормализуется. Доверие к себе, к самому процессу жизни, воздержание от отрицательных мыслей — вот способы похудеть.

Боль любого происхождения, по моему мнению — свидетельство чувства вины.

А вина всегда ищет наказания, наказание же, в свою очередь, создает боль. Хроническая боль происходит от хронического чувства вины, так глубоко захороненного в нас, что мы часто о ней даже и не знаем. Вина — бесполезное чувство. Это чувство никогда никому не помогает, оно же не в силах изменить ситуацию. Так что выпустите себя из тюрьмы.

Операция (любая).

Вмешательство хирурга необходимо, например, при травмах рук, ног, с тем, чтобы человек мог сконцентрировать свое внимание на выздоровлении и на том, чтобы это больше не повторилось. В медицине сегодня много прекрасных врачей, которые полностью посвятили себя оказанию помощи людям. Все больше и больше врачей начинают лечить, применяя холистические методы. И все же большинство наших медиков не хотят иметь дело с причинами болезней, а лечат лишь симптомы и следствия. Они это делают двумя способами: либо отравляют лекарствами, либо режут. Хирурги режут и, если вы обратитесь к хирургу, он, конечно, будет рекомендовать операцию. Если у вас нет выбора, приготовьтесь, пожалуйста, к ней, с тем, чтобы вы быстро и без осложнений выздоровели.

Одной моей знакомой пришлось делать срочную операцию. Перед операцией она разговаривала с хирургом и анестезиологом. Она попросила их включить во время операции приятную легкую музыку и обращаться друг к другу и к ней только в мягких тонах. Медсестра делала то же самое после операции. Операция прошла прекрасно и моя знакомая выздоровела в рекордный срок. После операции слушайте все время музыку, которую вы любите, и говорите постоянно самой себе: «Я быстро выздоравливаю. С каждым днем я чувствую себя лучше и лучше».

Опухоли — ложные наросты.

Устрица берет малюсенькую песчинку и строит вокруг нее твердую и блестящую оболочку, с тем, чтобы защитить себя. Мы зовем песчинку жемчужиной и восхищаемся ее красотой. Мы, как устрица, берем струю обиду и носимся с ней, пока она не перейдет в опухоль. Я называю это «прокручиванием старой пленки».

Я убеждена, что опухоли у женщин в матке, яичниках и т.д. от того, что они берут эмоциональную боль, происшедшую в результате удара по их женственности, и носятся с ней всю жизнь до возникновения опухоли. Я называю это просто: «Он меня сильно обидел».

Если ваши взаимоотношения с кем-то заканчиваются, это совсем не значит, что с вами не все в порядке, и это совсем не доказывает, чего мы в действительности стоим.

Дело совсем не в том, что с нами происходит в этой жизни, а в том, как мы на это реагируем.

Мы, все без исключения, несем 100-процентную ответственность за все, что с нами происходит.

Согласно современным представлениям невроз – это психогенное (как правило, конфликтогенное) нервно-психическое расстройство, возникающее в результате нарушения особенно значимых жизненных отношений человека [4, 6].

Основными особенностями  неврозов являются:

• психогенный характер возникновения;
• особенности личности (акцентуации характера, личностный радикал);
• отсутствие органических изменений головного мозга;
• вегетативные, соматические, эмоционально-аффективные проявления;
• наличие критики к своему состоянию и стремление к преодолению ситуации и возникшей болезненной симптоматики.

В отечественной литературе ранее обычно описывали четыре клинические формы неврозов: неврастению, истерический невроз, невроз навязчивых состояний и депрессивный невроз [5]. В связи с переходом на МКБ-10 классификация невротических расстройств претерпела существенные изменения [7]. Тем не менее, термин «невротические» все еще сохраняется и используется в названии большого раздела расстройств F40 – F48 «Невротические, связанные со стрессом и соматоформные расстройства»:

• F40 Тревожно-фобические расстройства
• F41 Другие тревожные расстройства
• F42 Обсессивно-компульсивное расстройство
• F43 Реакция на тяжелый стресс и нарушения адаптации
• F44 Диссоциативные (конверсионные) расстройства
• F45 Соматоформные расстройства
• F48 Другие невротические расстройства

Понятие «психосоматика» включает в себя целый ряд содержательных феноменов, которые невозможно объяснить какой-то одной формулировкой. Здесь следует выделить два аспекта:

• психосоматическая медицина
• психосоматические заболевания

Психосоматическая медицина представляет собой современную, хотя и не новую концепцию, общую ориентировку на охрану здоровья в целом. Она учитывает комплексные сомато-психо-социальные взаимодействия при возникновении, течении и, в особенности, при терапии заболеваний.

При психосоматических расстройствах различают три группы симптомов:

• конверсионные симптомы;
• функциональные синдромы (органные неврозы);
• психосоматические расстройства в более узком смысле (психосоматозы).

Конверсионные симптомы. Невротический конфликт получает вторичный соматический ответ и переработку. Симптом имеет символический характер, демонстрация симптомов может пониматься как попытка решения конфликта. Конверсионные проявления затрагивают в большей части произвольную моторику и органы чувств. Примерами являются истерические параличи, парестезии, психогенная слепота и глухота, рвота, болевые феномены.

Функциональные синдромы. В этой группе находится преобладающая часть пациентов, которые приходят на прием с пестрой картиной часто неопределенных жалоб, которые могут затрагивать сердечно-сосудистую систему, желудочно-кишечный тракт, опорно-двигательный аппарат, органы дыхания или мочеполовую систему.

Важнейшие проявления, сопровождающие функциональные синдромы

Ревматоидный артрит — хроническое аутоиммунное системное воспалительное заболевание соединительной ткани с преимущественным поражением суставов по типу эрозивно-деструктивного полиартрита с последующей деформацией суставов и развитием анкилозов. Это самый распространенный хронический полиартрит. Женщины болеют в три раза чаще мужчин. Ревматоидный артрит чаще всего начинается в 30-50 лет. В 10-20% случаев болезнь неуклонно прогрессирует. Тяжесть артрита различна – от небольшой скованности по утрам до полной инвалидизации. Чаще наблюдается постепенное начало заболевания. Появляются скованность и боль в мелких суставах кистей и стоп, которые усиливаются к утру, после длительного пребывания в одном положении и исчезают при движениях. Нарушается сон. Продолжительность скованности различна: в тяжелых случаях она длится несколько часов. Проксимальные межфаланговые, пястно-фаланговые и лучезапястные суставы деформируются. Особенно заметна деформация межфаланговых суставов, они становятся веретенообразными. В 25% случаев заболевание начинается с моноартрита, например коленного сустава.

Рис.2 Типичные суставы-мишени, поражаемые при ревматоидном артрите.

При ревматизме основной патологический процесс протекает в сердце. Поражение суставов носит второстепенный характер: артриты при ревматизме называют “летучими”, потому что они нерезко выражены, длятся недолго (несколько дней), проходят самопроизвольно, а главное — как бы перескакивают с одного сустава на другой (локтевые, голеностопные, коленные).

Рис.3.Вид сбоку на коленный сустав в разрезе.

Ревматоидный артрит имеет особенные признаки:

• поражение трех и более мелких суставов кисти больше трех месяцев;
• страдают симметричные суставы обеих рук и/или ног;
• наблюдается скованность движений в пораженных суставах по утрам, которая в течение дня постепенно проходит.

Рис. 4 Типичная деформация фаланг пальцев кисти у больного ревматоидным артритом.

К данной группе заболеваний относятся следующие:

• Ювенильный ревматоидный артрит – это редкое заболевание, но оно представляет серьезную медицинскую и социальную проблему. Начало заболевания в возрасте до 16 лет. Чаще всего наблюдается олигоартрит (50% случаев) и полиартрит (40%).
• Ювенильный анкилозирующий спондилит и синдром Стилла (тяжелая форма заболевания с поражением внутренних органов) встречаются у 10% больных. Синдром Стилла, как правило, наблюдается у детей младшего возраста. Характерны высокая ремиттирующая лихорадка и сыпь медно-красного цвета, увеличение лимфоузлов, спленомегалия и перикардит. Затем развивается артрит лучезапястных, коленных, голеностопных и плюснефаланговых суставов и суставов кисти. При подозрении на ювенильный ревматоидный артрит ребенка направляют к ревматологу.
• Ревматизм обычно встречается у детей и подростков. Первая атака, как правило, возникает в возрасте 5-15 лет после ангины, вызванной Streptococcus pyogenes группы A. Характерны острое начало (лихорадка, артралгия, слабость), мигрирующая артралгия и артриты с преимущественным поражением крупных суставов (коленных, голеностопных, локтевых и лучезапястных). В клинической картине может преобладать кардит. Артрит иногда выражен незначительно или отсутствует.
• Системная красная волчанка для которой характерен симметричный полиартрит с преимущественным поражением мелких и средних суставов. Деформации и подвывихи обусловлены поражением суставных капсул, связок и сухожилий. Чаще других вовлекаются проксимальные межфаланговые суставы кисти и суставы запястья. Разрушения кости обычно не происходит. Первые проявления системной красной волчанки нередко похожи на фибромиалгию или ревматоидный артрит.
• Системная склеродермия – на ранней стадии у 25% больных возникает полиартрит с преимущественным поражением межфаланговых суставов кисти. Мягкие ткани отечны, пальцы утолщены, похожи на сосиски. У 85% больных наблюдается синдром Рейно.

Эти заболевания тесно связаны с социальными и психическими стрессами сложными причинно-следственными отношениями. Психосоциальные влияния, взаимодействуя с факторами наследственной предрасположенности, особенностями личности, типом нейроэндокринных реакций на жизненные трудности, могут изменять клиническое течение перечисленных выше заболеваний. Действие психосоциальных стрессов, провоцирующих внутренние конфликты и вызывающих адаптивную реакцию, может проявляться скрытно, под маской соматических расстройств, симптоматика которых схожа с симптоматикой органических заболеваний. В подобных случаях эмоциональные нарушения нередко не только не замечаются и даже отрицаются пациентами, но и не диагностируются врачами.

При разных нарушениях влияние психических и соматических факторов различно. Поэтому особое значение имеет индивидуальная психологическая диагностика, поскольку, соматические причины малодоказаны, а соматические симптомы часто имеют спорное значение.
Психосоматические влияния наиболее четко прослеживаются при ревматоидном артрите, в связи с чем, при данном заболевании они наиболее хорошо изучены. Среди личностных особенностей больных данным заболеванием можно отметить следующие:

1) Крайне критическое отношение к проявлению силы. Чувство, что на вас взваливают слишком много;
2) В детстве у этих пациентов, наблюдается определенный стиль воспитания, направленный на подавление выражения эмоций с акцентом на высокие моральные принципы, можно предположить, что постоянно, с детства подавляемое торможение агрессивных и сексуальных импульсов, а также наличие чрезмерно развитого Суперэго формирует малоадаптивный защитный психический механизм – репрессия. Этот защитный механизм предполагает сознательное вытеснение беспокоящего материала (негативных эмоций, в т.ч. тревоги, агрессии) в область подсознательного, что в свою очередь способствует возникновению и нарастанию ангедонии и депрессии. Преобладающими в психоэмоциональном состоянии становятся: ангедония – хронический дефицит чувства удовольствия, депрессия – целый комплекс ощущений и чувств, из которых для ревматоидного артрита наиболее характерны низкая самооценка и чувство вины, ощущение постоянного напряжения, т.к. механизм подавления препятствует свободному выходу психической энергии, нарастание внутренней, скрытой агрессивности или враждебности. Все эти негативные эмоциональные состояния при длительном существовании способны вызвать дисфункции в лимбической системе и других эмоциогенных зонах гипоталамуса, изменение активности в серотонинергической и допаминергической неромедиаторных системах, что в свою очередь приводит к определенным сдвигам в иммунной системе, и вместе с обнаруженным у этих пациентов эмоционально зависимым напряжением в околосуставных мышцах (вследствие постоянно подавляемого психомоторного возбуждения) может служить психическим компонентом всего механизма развития ревматоидного артрита. Примечательно, что сами больные обычно не оценивают серьезно свои ощущения и ограничения, долгое время их деятельность остается активной, несмотря на ограничение движений.

Специфическую структуру “ревматической личности” описывали еще в 50-х годах ХХ века. Подчеркивалась роль первичной детской моторики, торможение которой рассматривается на сегодня более чем защитное. Вероятно этой первичной активности придавалось очень большое значение. Нельзя игнорировать обусловленное болезнью развитие личности и вытекающую из этого изоляцию и ограничение интересов областью обыденных жизненных потребностей.

В целом можно говорить об отсутствии в ней или неудачном уравновешивании полюсов мягкости и жесткости. Обычно тенденция к мягкости подавляется усилением моторной напряженности, мышечными действиями, у женщин – “мужским протестом”. Отмечены предпочтение занятий на свежем воздухе и силовых видов спорта, тенденция к подавлению спонтанного выражения чувств, к их сдерживанию.

У всех больных ревматоидным артритом с достаточным постоянством встречаются три черты характера:

1. Стойкие проявления сверхсовестливости, обязательности и внешней уступчивости, сочетающиеся со склонностью к подавлению всех агрессивных и враждебных импульсов, таких, как злоба или ярость.
2. Сильная потребность к самопожертвованию и чрезмерным стремлением к оказанию помощи, сочетающиеся со сверхнравственным поведением и склонностью к депрессивным расстройствам настроения.
3. Выраженная потребность в физической активности до развития заболевания (профессиональный спорт, интенсивная физическая работа).

Эти особенности характера представляются при ревматоидном артрите как нечто застывшее и преувеличенное; они негибки и не приспособлены к требованиям среды. С психодинамических позиций это характерологически-невротическая недоработка конфликта в сфере агрессивности и честолюбия. Вышеупомянутые личностные особенности являются, кроме того, гиперкомпенсаторными защитными мерами против основополагающего конфликта. Сверхсовестливость, отказ от выражения своих чувств и жертвенность создают защитный барьер для возможного прорыва агрессивных импульсов и позволяют избавиться от враждебных чувств. Депрессивные проявления и склонность к самопожертвованию рассматриваются как защитные структуры против деструктивно переживаемого произвола. Часто описываются своеобразная терпимость, смирение с судьбой, оживленность, несмотря на ограниченную подвижность и боль. Психологические тесты-опросники подтверждают многие психодинамические предпосылки и личностные данные, с их помощью обнаруживаются выраженная скромность, покорность, уступчивость как свойства личности. Выявляются признаки сильного “сверх-Я”, т.е больные совестливы, выдержаны, ответственны. В проективных тестах обнаруживается мало толкований двигательных актов по сравнению с контрольными группами.

Непредубежденному наблюдателю бросаются в глаза постоянно встречающиеся у больных ревматоидным артритом общие признаки, к которым относятся как первичные свойства характера, так и зависящие от болезни проявления. Впечатляет своеобразное, труднообъяснимое неизменное терпение. Больные с первичным хроническим полиартритом – это умудренные опытом пациенты, с которыми бывает мало хлопот, хотя именно у подобных больных следовало бы ожидать наибольших трудностей. Они скромны и нетребовательны, часто до безразличия. Почти никогда не выявляется явных признаков депрессии, несмотря на осознаваемую тяжесть своего заболевания и неблагоприятный прогноз. Их мир самовосприятия проявляет определенную ограниченность, обусловленную редукцией их сознания на своей телесной сфере.

К наиболее типичным психическим нарушениям относятся астеническая симптоматика, депрессивные явления с тревогой, страхами, идеями самообвинения, особый вариант синдрома дисморфофобии в связи с наличием дефектов внешности, стойкие нарушения сна, психопатоподобные расстройства и нередко явления психоорганического синдрома.

Экспериментальные исследования показали, что при хроническом суставном ревматизме отмечается повышенный тонус при раздражениях и отягощающих ситуациях по сравнению с показателями в контрольной группе. Очевидно, что больные суставным ревматизмом переносят свои реакции на мышечные реакции. У больных ревматоидным артритом обнаруживаются различные психические раздражители, что определяется в ходе интервью по поводу конфликта или во время проведения других психодиагностических методик. Доказано, что агрессивные чувства и конфликты у больных ревматоидным артритом приводят к повышенной электромиографической активности, которая определяется больше всего в пораженной области и в мышцах вокруг больных суставов. Мышечное напряжение действует дольше, чем действует раздражитель. Данные результаты исследований подтверждают психосоматические гипотезы. Но их следует оценивать критически, поскольку повышенное мышечное напряжение в области больного сустава можно рассматривать и как следствие патологического процесса в нем самом.

Нельзя отрицать и наличие порочного круга: болевой синдром, обусловленный возбуждением рецепторов в суставе, в его окружении или в околосуставных мышцах, приводит к рефлекторному ишемическому болезненному состоянию напряжения. Эмоционально повышенный мышечный тонус скелетных мышц или туловища обуславливает повышенную сенсомоторную возбудимость. При этом всегда возможно, что поражение сустава, микротравмы и аутоиммунный ответ могут оказывать усиливающее действие (первично или вторично) на ситуационно и психологически обусловленное повышение мышечного тонуса.
Исследователи отмечают, что эмоционально напряженные события оказывают влияние на хронический суставной ревматизм, способны спровоцировать обострение заболевания. Психические нагрузки включают, прежде всего кризис в межличностных отношениях, смерть и утрату близких людей, проблемы личного авторитета и брака. Внешняя причина вызывает внутреннюю напряженную агрессию, которая подавляется больным. Разрешение агрессивных импульсов представляет собой комбинацию повышенного самоконтроля и “благотворительной” тирании над другими. Матери, страдающие ревматоидным артритом, склонны строго контролировать почти все двигательные проявления у своих детей.

Помимо того, что сам факт наличия соматического заболевания и оценка больным уродующих последствий болезни нередко вызывает вполне предсказуемые “психологически понятные” реакции на болезнь, эти заболевания нередко вызывают нарушения функционирования центральной нервной системы.

Каждый больной по-своему реагирует на имеющееся у него заболевание, поэтому разумно учитывать следующие особенности; психологическое воздействие хронической болезни, отношение к диагнозу – признание или недостаточное понимание, манеру общения и отношение к врачу. Отношение больных к побочным действиям лекарств тоже широко варьирует. Улиц с часто рецидивирующими заболеваниями нередко отмечается депрессия, утяжеляющая клиническую картину страдания по механизму порочного круга. Особенно труден подход к больным с тяжелыми функциональными дефектами, в данном случае необходимо уловить часто весьма зыбкую грань между реактивной депрессией, когда необходимо традиционное психиатрическое лечение, и дисфорическими эмоциоными реакциями, пусть резко выраженными, но соответствующими тяжести физического недуга. Дисфорические эмоциональные реакции являются расстройством настроения, своего рода констелляцией горя, утраты моральных сил и ощущения своей «вырванности» из жизни, душевного и физического упадка. Эти реакции плохо поддаются лечению антидепрессантами и психотерапии. Их динамика определяется в основном общим клиническим состоянием больного. Со временем при успешной реабилитации или привыкании больного к своему измененному статусу наступает улучшение. В реабилитационных клиниках часто диагностируют депрессию там, где ее нет, и, наоборот, не распознают, где она на самом деле имеет место.

В заключении следует сказать, что психосоматическая медицина позволяет по-новому рассматривать концепцию болезни, иначе проводить анализ её причин и увидеть в её проявлениях то, что ране было скрыто.

Разработка вопросов психосоматической медицины способствует возрождению искусства лечить больного человека, а не болезнь.

Наш организм отражает все то, что мы тщательно скрываем даже от самих себя. Но рано или поздно накопившиеся проблемы дают о себе знать, проявляются в виде тех или иных заболеваний. “Плачет мозг, а слезы – в сердце, печень, желудок…” – писал известный отечественный учёный, врач и психолог Александр Лурия. Так развивается гипертоническая болезнь, язвенная, ишемическая и множество других. Зигмунд Фрейд писал: “Если мы гоним проблему в дверь, то она в виде симптома лезет в окно”. В основе психосоматики лежит механизм психологической защиты, который называется вытеснением, – это значит, что мы стараемся не думать о неприятностях, отметать от себя проблемы, не анализировать их, не встречать их лицом к лицу. Вытесненные таким образом проблемы переходят с того уровня, на котором они возникли, т. е. с социального (межличностных взаимоотношений) или психологического (нереализованных желаний и стремлений, подавленных эмоций, внутренних конфликтов), на уровень физического тела.

Психосоматические расстройства (от греч. psyche — душа и soma — тело) — нарушения функций внутренних органов и систем, возникновение и развитие которых в наибольшей степени связано с нервно-психическими факторами, переживанием острой или хронической психологической травмы, специфическими особенностями эмоционального реагирования личности. Представление о тесной взаимосвязи самочувствия человека с его психическим, прежде всего эмоциональным, состоянием является одним из важнейших в современной медицине и медицинской психологии. Изменения в психосоматической регуляции лежат в основе возникновения психосоматических болезней, или психосоматозов. В общем виде механизм возникновения психосоматозов может быть представлен следующим образом: психический стрессовый фактор вызывает аффективное напряжение, активизирующее нейроэндокринную и вегетативную нервную систему с последующими изменениями в сосудистой системе и во внутренних органах. Первоначально эти изменения носят функциональный характер, однако при продолжительном и частом повторении они могут стать органическими, необратимыми. Психосоматозы и лежащие в их основе психосоматические расстройства могут быть разделены на три группы: органические психосоматические заболевания (гипертоническая и язвенная болезни, бронхиальная астма и др.), в развитии которых ведущую роль играют психогенные компоненты; психосоматические функциональные расстройства, вегетативные неврозы; психосоматические расстройства, связанные с особенностями эмоционально-личностного реагирования и поведения (склонность к травмам, алкоголизм и др.). Изучение психологических механизмов и факторов возникновения и течения болезней, поиск связей между характером психического стрессового фактора и поражением определенных органов и систем лежат в основе психосоматического направления в медицине.

Основные психосоматические расстройства (заболевания), выделяемые на современном этапе развития медицины:

1. Бронхиальная астма;
2. Эссенциальная гипертония;
3. Желудочно-кишечные болезни;
4. Язвенный колит;
5. Ревматоидный артрит;
6. Нейродермит;
7. Инфаркт;
8. Сахарный диабет;
9. Сексуальные расстройства;
10. Зоб;
11. Онкозаболевания.

Ради исторической справедливости следует указать что ещё в 1950 г. известный  американский психоаналитик Франц Александер (Franz Alexander – 1891 – 1964) дал перечень семи классических психосоматических болезней: эссенциальная гипертония, язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки, ревматоидный артрит, гипертиреоз (тиреотоксикоз), бронхиальная астма, язвенный колит и нейродермит. Этот список псотояно дополняется, было проведено огромное количество исследований, но безусловная принадлежность этой семерки к психосоматике считается доказанной. Три национальные школы внесли наибольший вклад в разработку проблем психосоматической  медицины: американская (F. Alexander, H.F. Dunbar, I. Weis и G.Engel), разрабатывающая теоретические основы психосоматики на основе психоаналитических концепций; немецкая школа (W.von Krehl, von Weizsacker, von Bergman), отдающая предпочтение разработке философских основ психосоматики, и отечественная школа, в которой основой изучения психосоматических расстройств является учение И.П.Павлова о высшей нервной деятельности. С начала XX века И.П.Павлов в целом ряде своих работ показал значение центральной нервной системы в регуляции соматических функций. Дальнейшим развитием этой проблемы занимался ученик И.П.Павлова П.К. Анохин. Им была создана теория функциональных систем организма, которая позволила с новых позиций оценить роль эмоций и мотиваций в развитии соматических заболеваний. Приведём ряд примеров развития психосоматических реакций и заболеваний.

Мы называем какие-либо болезненные проявления психосоматическими только в том случае, если нам удается установить прямую зависимость возникновения этих симптомов от соответствующих психоэмоциональных факторов, каких-то конкретных событий. И, конечно, нет нужды искать психологические истоки каждой простуды или головной боли -есть множество болезней, имеющих вполне естественные причины. Если весной в ответ на цветение растений у человека начинается сенная лихорадка, мы не можем говорить про психосоматику. Но бывает, что человек начинает мучительно чихать, как только он переступает порог кабинета одного из директоров фирмы, в которой работает. Его руководитель – тяжелый по характеру, желчный человек, с которым у нашего героя не сложились отношения. И у него в прямом смысле проявляется аллергия на директора. Все это напоминает ситуацию с прилежным школьником, у которого неожиданно поднимается температура как раз накануне контрольной. Послушный ребенок не может просто прогулять занятие, признаться, что не выучил урок и получить по контрольной двойку. Ему необходимо алиби – реальная, весомая причина, на основании которой он может законно пропустить контрольную. Кстати, если родители оставляют такого ребенка дома из-за насморка, то, повзрослев, он с большой долей вероятности сляжет с гриппом накануне важной встречи. Вот мой сын, когда не хочет идти в школу, с утра начинает усиленно кашлять и шмыгать носом. Но, уже зная особенности его характера я спокойно говорю, сейчас выпьем микстуру горькую и кашель пройдет. Все это – примеры развития психосоматических механизмов. В психологии даже есть такое понятие – вторичная выгода симптома, – когда неприятное само по себе заболевание оказывается для чего-то нужным, полезным: например, позволяет привлечь к себе внимание, вызвать жалость окружающих или избежать неприятностей.

Есть и другие механизмы развития психосоматических расстройств.  Наши далекие  предки  на  все  внешние  раздражители  реагировали  действием: появилась добыча – догоняй, напал враг – защищайся, грозит опасность – убегай. Напряжение снималось сразу – с помощью мышечной системы тела. И сегодня любой стресс приводит к выбросу гормона действия – адреналина. Но мы связаны огромным количеством социальных запретов, поэтому негативные эмоции, раздражение загоняются внутрь. В результате могут появиться нервные тики: подергивание лицевой мускулатуры, непроизвольное сжимание и разжимание пальцев рук, дрожание ног.

Руководитель во время важной встречи получает по телефону неприятное известие, можно сказать, сигнал опасности. Ему хочется немедленно начать действовать, встать, куда-то двинуться. Но это невозможно – переговоры продолжаются, и окружающие замечают, что нога босса непроизвольно начинает дергаться, буквально ходит ходуном. Вот так эмоции, изначально призванные мобилизовывать на защиту, теперь чаще подавляются, встраиваются в социальный контекст и могут стать причиной разрушительных процессов в организме.

Замечено, что подобные психосоматические расстройства характерны скорее для наемных сотрудников. Это объясняется тем, что владелец компании может себе позволить выплеснуть эмоции на окружающих – повысить голос, говорить неприятные вещи, даже топать ногами, а его заместители, естественно, вынуждены соблюдать субординацию, а значит – сдерживаться.

Еще пример. Молодой честолюбивый руководитель плохо переносит разговор с шефом на повышенных тонах, крик, употребление ненормативной лексики. После подобных бесед он чувствует себя совершенно больным, разбитым. Его внутренний протест, негодование, подавленный гнев, агрессия, которая не находит выхода, приводят к серьезному психосоматическому расстройству: несмотря на молодость, он страдает гипертонией.

Вообще же спектр психосоматических расстройств широк и включает в себя: психосоматические реакции – кратковременные изменения различных систем организма (повышение давления, учащеннное сердцебиение, покраснение, побледнение и т.д.; функциональные неврозы органов (без объективных признаков поражения этих органов), соматоформные расстройства (постоянные жалоб на боли и неприятные ощущения, функциональные расстройства, наблюдающиеся со стороны нескольких органов, при отсутствии объективных признаков их повреждения, четкая взаимосвязь жалоб пациента с психологическими факторами); конверсионные расстройства (c четкими и символическими проявлениями личностных особенностей пациентов и влиянием психотравмирующих факторов и, собственно психосоматические заболевания.

Что же вызывает психосоматические реакции  и психосоматические расстройства? Если говорить популярным языком, возникновение психосоматических расстройств напрямую связано с подавлением своих эмоций и желаний, т.е. их нужно выражать, но и здесь можно попасть в крайность, если это касается неприемлемых или агрессивных желаний. Как все это связать и научиться владеть собой – для этого и существует психотерапия и психоанализ. Известно, что каждая эмоция сопровождается определенными сдвигами в физиологии организма. Например, страх сопровождается замедлением или учащением сердцебиения. То есть если стрессовые ситуации, негативные переживания затягиваются надолго, то физиологические сдвиги в организме тоже становятся устойчивыми. Большую роль в возникновении психосоматических расстройств играет удерживание эмоций внутри себя. Это способствует возникновению напряжения в мышцах и нарушению свободного, естественного протекания физиологических процессов. Приведем такой пример: человек испытывает определенную эмоцию, например, ребенок злится на маму, что не удовлетворила какую-то его просьбу или каприз, при этом, если он выражает эту злость в плаче, крике, других действиях – с его организмом не происходит ничего плохого.

Обратим особое внимание на развитие психосоматических реакций у детей и роли семьи возникновении этих патологических феноменов. Если в семье не принято выражать открыто свою злость – прямо или косвенно транслируется: «На маму злиться нельзя!» – что делать со своим гневом ребенку? Ему остается сорвать злость на ком-то более слабом, зависимом от него («Не мучай кошку!», «Не отнимай у брата игрушки!») или обратить эту злость на самого себя – и здесь велика вероятность возникновения психосоматического расстройства. Если ребенку систематически запрещают выражать свою радость («Не шуми, бабушку разбудишь», «Не прыгай, веди себя прилично, мне стыдно за тебя»), то это так же вредно для него, как запрет на выражение злости или страха.

Играет роль и такой фактор, как наследственная слабость той или иной системы организма – дыхательной, сердечно-сосудистой и т.д. Например, если у ребенка проблемы с желудком, то возникают болезни, связанные с пищеварением, – обращенная на себя злость «разъедает» его изнутри. Если у ребенка проблемы с органами дыхания, то «атмосфера собственной злости», в которую он попадает, способствует возникновению различных простудных заболеваний, гайморитов, бронхитов и пр.

Конечно, болезнь не возникает после одной-двух ситуаций сдерживания своих чувств. Но если это происходит постоянно, разрушительная энергия периодически направляется на один и тот же участок тела, возникают мышечные зажимы, а потом и изменения на уровне клеток выбранного органа.

Также на развитие психосоматических расстройств отмечено влияние таких факторов, как личностные особенности детей, например повышенная тревожность, эмоциональная неустойчивость и т.д.

К психосоциальным факторам относятся патологические типы воспитания – воспитание по типу «кумир семьи», излишняя опека или, наоборот, эмоциональное отвержение, когда ребенок воспринимается родителями как неуспешный, несамостоятельный. Оказывает влияние на развитие психосоматических расстройств наследственная и врожденная недостаточность центральной нервной системы, травмы, операции, тяжелые соматические заболевания.

Конечно, далеко не все болезни имеют в своей основе психологическую причину. Если болезнь затрагивает органическую основу и произошли объективные изменения в тканях и органах, здесь необходимо медикаментозное лечение. Если же толчком к развитию заболевания послужили неблагоприятные ситуации, стрессы, то необходимо сочетание психотерапевтического воздействия с медикаментозным лечением.

Сказанное выше обусловливает и соответствующие рекомендации родителям: Следует помнить, что для детей очень важна эмоциональная поддержка, возможность свободно проявлять свои эмоции. Не существует «вредных» и «полезных» эмоций – каждая эмоция возникает как как реакция ребенка на внешнюю (или внутреннюю) ситуацию. Задача взрослых в этой ситуации – научить ребенка проявлять свои переживания в адекватной, приемлемой форме.

Проиллюстрируем принципы  психосоматической медицины на следующих примерах. Например, выражение «он сломал себе руку», ещё  «отец психосоматической медицины» выдающийся немецкий врач Георг Вальтер Гроддек  (1866 – 1934) заметил, что выражения сломать себе руку или разбить себе голову звучат по меньшей мере странно. Как можно говорить, что человек сломал себе руку, если он ничего не сделал для того, чтобы причинить себе какой-то ущерб? Он даже всячески старался избежать беды. Тем не менее, в России и Германии, Италии и Франции, Англии и США говорят: он сломал себе руку или ногу. Он сам ударился, поскользнулся, ушибся, обжегся, заразился. Мы говорим: подхватить болезнь. Итальянцы говорят pigliare una malattia. По-английски заразиться гриппом to catch a flu, по-французски attraper la grippe. В разных языках используется одно и то же слово – схватить. Обратите внимание, лекарство принимают, как принимают гостя или посетителя (возможно, без особой охоты), а болезнь хватают. Как будто больной не только заболел намеренно, но торопился и ждал подходящего случая. Ему повезло, представилась возможность, он ее не упустил и слег. Если заболевший не просто жертва, но активное действующее лицо, если он сам сделал что-то, что привело его к болезни, в его действиях должна скрываться какая-то цель (возможно, неизвестная ему самому), а у болезни должно быть какое-то скрытое предназначение. Обычно же принимается, как само собой разумеющееся, что у болезни есть причины, но нет никакого назначения. Если смысл в болезни? Человек идет по улице. Сорвавшаяся с крыши ледяная сосулька падает на него и ранит. Мы говорим: несчастный случай. Случай – на то и случай, что он может произойти, а может и не произойти. Доискиваться до его причин значит тратить время даром. Не повезло и все тут. Ничего не поделаешь. Вроде бы, то же самое с инфекционными болезнями. Кто-то чихнул в автобусе и заразил гриппом других пассажиров. Останься он дома, они бы не пострадали. Они бы чувствовали себя нормально. Грипп вызывается вирусом. Если вирус поразит организм, заболеет даже человек, который не подозревает о существовании микроорганизмов, мешающих людям спокойно жить на свете. Никто, однако, не знает, какую роль в возникновении болезни играют бактерии и какую то, что организм находится в состоянии кризиса и больше “не желает” сопротивляться воздействию внешней среды. Тот, кто подвергся душевному потрясению, заражается быстрее других. У человека, освобождающегося от отрицательных эмоций и беспокойства, начинает в полную силу работать иммунная система. Бернт Гоффманн приводит в своем “Учебнике аутогенной тренировки” такой пример. Согласно статистике в Германии гриппом чаще всего болеют в ноябре и декабре. Однако почтальоны в это время не болеют. У них свое особое время для эпидемий: в феврале. Можно подумать, что заболевание вызывается не вирусами, а причинами, связанными с профессиональными особенностями. Объясняют это странное явление тем, что в период новогодних и рождественских праздников, почтальона ждут в каждом доме. Повсюду он желанный гость. В декабре почтальон чувствует, что он нужен обществу. Он не только незаменим, он приносит всем радость и поэтому радуется сам. Выдающийся немецкий психиатр Виктор фон Вайцзеккер (1886 – 1957) считал, что в наступлении болезни есть закономерность. Она развивается вовсе не в любой момент, а именно при наступлении кризиса: морального, психического, душевного. Значит ли это, что болезнь является следствием психических процессов? Вайцзеккер был против такой постановки вопроса, Представление о том, что ангина, язва, туберкулез, нефрит, гепатит или лейкемия возникают вследствие психических причин, он принимать отказывался. В жестких причинных связях есть роковая неизбежность, от которой нельзя уйти. В науке о человеке не вполне уместны законы и принципы классической механики. Они для нее слишком узки. Телесное на самом деле неотделимо от психического. Иногда тело выражает происходящие в нем физиологические процессы на языке чувств: страха, отчаяния, печали, радости. Иногда психические процессы дают о себе знать на “языке органов”: человек краснеет, дрожит, у него отнимаются ноги, слепнут глаза, болит спина или появляется сыпь на лице. Здесь нет причинной связи между тем, что произошло сначала, и тем, что за этим последовало. И то, и другое различные проявления внутреннего состояния. Назначение болезни Дитер Бек написал книгу со странным названием “Болезнь как самоисцеление”. Бек доказывал, что физические заболевания, часто представляют собой попытки залечить душевные раны, восполнить психические потери, решить конфликт, спрятанный в бессознательном. Болезнь – не тупик, а поиск выхода из тяжелого положения, творческий процесс, в котором человек иногда успешно, а иногда нет, пытается справиться с обрушившимися на него невзгодами. По словам Бека, врачи, веря во всемогущество медицины, часто действуют слепо и некритически, навязывая пациенту лечение, которое ему вредит, а не помогает. Но пациенты все же идут к врачу, хотя они и не верят в успех лечения. Видимо, их визиты в медицинские учреждения имеют еще какую-то цель. Регулярное посещение врача, как и прием таблеток, превращается в ритуал, защищающий не от болезни, из-за которой к ним прибегают, а от тоски, скуки, депрессии. Врачи, занимающиеся лечением ожирения, заметили, что когда лечение вроде бы идет успешно и пациент сбрасывает лишние килограммы, у него происходят серьезные изменения в характере и поведении. Иногда появляются навязчивые видения, состояния депрессии, побуждения к самоубийству, бредовые идеи, гомосексуальные наклонности. До лечения ничего этого не было. Известный американский специалист по психосоматике ожирения Хильде Брух писала, что в каждом толстом человеке дремлет худой шизофреник. Ожирение играет важную положительную роль. Оно снимает напряжение, защищает человека от всевозможных расстройств и стабилизирует его психическую деятельность. Когда человек лишается жира, который вроде бы приносил ему массу огорчений, веселее он от этого не становится. Наоборот часто обнаруживается больше поводов для грусти. В мифах многих народов присутствует чудовище, требующее жертву для себя от жителей города. В человеческом представлении страх тесно связан с понятием жертвы. Чтобы избавиться от тревоги, надо пожертвовать чем-то очень важным. Но что может быть важнее для человека, чем здоровье? Болезнь раскрепощает человеческую психику, снимает слишком жесткий контроль над поступками и порой освобождает от страха.

В рамках обсуждаемой темы необходимо понять, что такое страх, а что такое тревога. Остановимся на взглядах выдающегося Лейпцигского психиатра Иоганна  Кристиана Хейнрота (1773 –1843), который в 1818 г. ввёл в медицину принципы, которые в последствие составили основное содержание психосоматической медицины, которые были изложены в «Учебнике душевных расстройств» (1818), «Учебнике антропологии» (1822) и работе «Ключ к небу и аду в человеке» или «О моральной силе и пассивности» (1829). По существу Хейнрот говорил о “моральном” “естественном отборе”, который избавляет общество от людей, способных его погубить. Получается, что болезни могут приносить пользу обществу в целом, но опять-таки для отдельного человека болезнь безусловное зло. Для того чтобы понять, что это не всегда так и что болезнь приносит не только горе, надо разобраться в том, каким образом душевный конфликт приводит к соматическим заболеваниям.

Еще в тридцатые годы XIX века выдающийся немецкий врач Карл Иделер (1795-1860), который в течение тридцати двух лет возглавлял психиатрическое отделение берлинской больницы Шарите, выявил различия в природе страха и тревоги, оказавшиеся в центре внимания психиатров в середине XX века. Когда человек не в силах справиться со страхом перед чем-то или перед кем-то, он может постараться убежать, скрыться, прибегнуть к чьей-либо помощи. Причины страха лежат вне человека, причины тревоги – внутри. Человек сам не знает, что именно вызывает его тревогу. Что-то беспокоит его. Что-то мешает ему работать, отдыхать, читать, играть, гулять. Он не может назвать причины своих терзаний. Постепенно тревога становится невыносимой, а спрятаться от нее нельзя. Но человеку необходима защита. И тогда начинают изменяться все его ощущения. Загнанный в угол человек пытается отвергнуть мир, к которому он не способен приспособиться. Он пытается создать свой собственный параллельный мир, как это делает ребенок, строя домики из песка или бумаги. Появляются галлюцинации, назначение которых ограждение от враждебного и опасного окружения. Человек перестает ориентироваться во времени и пространстве, путается в мыслях. Так начинается распад человеческой личности. Иделер впервые описал явление, которое в шестидесятые годы XX века получило название “галлюцинаций реального страха”. Однако больная фантазия проявляется не только в галлюцинациях. Она искажает все предметы и по-своему толкует все события. Она постоянно занята тем, что пытается подыскать подходящий образ для невыносимой немой тревоги. Тревога должна заговорить. Для того чтобы человек, находящийся в состоянии депрессии, мог ее вынести, она должна наполниться достаточно понятным содержанием. Современные философы-экзистенциалисты называют этот процесс “рационализацией тревоги”. В настоящее время “рационализация тревоги” воспринимается, как нечто давно и бесповоротно установленное, однако ее часто путают с приданием скрытому врагу зримого образа, а это совсем не одно и то же. Враг нужен человеку вовсе не для того, чтобы разобраться в причинах своих страхов или, по крайней мере, найти для них правдоподобное объяснение, а в качестве объекта возможной агрессии, на котором можно сорвать свою злость и таким образом добиться нервной разрядки. Объект агрессии находится вне человека и к нему сознательно испытывается враждебное отношение, одновременно в бессознательном возникает враждебное отношение к каким-то внутренним органам, которые прочно ассоциируются с образом врага. Когда нет возможности добраться до зримого врага, человек воюет на том поле, на котором ему обеспечена «победа» – начинается расправа над собственным организмом. Подавленная агрессия ведет к болезням и саморазрушению организма. Впрочем, бывает так, что со временем угнетенный человек все меньше нуждается в разрядке. Он вступает на путь, неизбежно ведущий к “внутренней” смерти, т.е. к состоянию, в котором угасают все желания. Каждый шаг в этом направлении связан с каким-то новым ограничением, с возведением еще одного ограждения, за которым прячется меланхолик. Идеи Иделера, как и теории Хейнрота, не случайно начали привлекать к себе особое внимание психиатров в середине 1980-ых годов. В лексикографическом исследовании, опубликованном в ФРГ в 1980 г. утверждалось, что сто лет назад слово “страх” (Furcht) употреблялось в два раза чаще, чем слово “тревога” (Angst). Теперь же слово “тревога” встречается в шесть раз чаще, чем “страх”.

И. К. Хейнрот был весьма уважаемым ученым. Его мысли о том, что внутренний душевный конфликт порождает соматические заболевания, выслушивались с вежливым интересом, но его попытки доказать, что все болезни являются следствием грехов и порочной жизни, воспринимались, мягко говоря, с недоверием. Тем более что проверить это не представляется возможным. Современники на Хейнрота смотрели, как на религиозного моралиста, который забыл, в какое время он живет. А это было время веры в общественный прогресс и очередного пересмотра ценностей. Подыскивались новые принципы построения науки. Из нее безжалостно отметалось все субъективное, т.е. то, что не основано на опыте. Ученые изо всех сил старались стереть случайные черты и убедиться в том, что в нашем мире все устроено просто и четко, как в часовом механизме. Надо только выяснить правила его работы. Если болезнь вызвана утомлением, голодом, истощением организма, жарой, холодом, инфекцией, физическими травмами или даже угрозами, это понятно. Но что такое чувство вины? От чего оно возникает? Есть ли оно у преступников? Разве мы не встречаем людей, которые вели совсем не праведную жизнь, и, тем не менее, нисколько не мучатся от угрызений совести и в старости не жалуются на плохое здоровье? И. К. Хейнрот сделал это, по крайней мере, на 100 лет раньше, чем его идеи могли найти понимание. В 1980-ые годы некоторые психиатры окончательно выяснили для себя, что Хейнрот не опоздал, а поторопился родиться.

По словам другого знаменитого немецкого врача Георга Вальтера Гроддека (1866-1934) – «В каждой болезни скрыты тенденции к самоизлечению. Они есть даже в раке. Даже в процессе умирания еще распоряжается жизнь, которая пытается лечить и вести к целостности, к возможно лучшему существованию при плохих условиях”. Болезнь может быть обращением к себе или попыткой воздействия на других людей. Она может быть мольбой о внимании к себе и средством шоковой самотерапии. При повышенном чувстве собственной вины и комплекс неполноценности она может стать средством самонаказания за действительные или воображаемые проступки. Врач может удалить зуб или опухоль, вырезать аппендикс и даже осуществить пересадку сердца, но он не может примирить человека с миром и самим собой. Он может успокоить и помочь, если он знает черту, которую нельзя переступать, а может возмутить и потревожить душу, если он слишком верит во всемогущество медицины. Когда-то Георг Гроддек писал: “Между врачом и больным существует странная тайна. Понимание друг друга без слов. Симпатия, которую нельзя уловить и понять. Там, где это взаимопонимание отсутствует, лучше, если врач скажет больному, что лично он не может помочь. Это не жестокость, а обязанность. На свете существует достаточно врачей для того, чтобы каждый нашел такого врача, в котором он нуждается».

На современном этапе  в объяснении психосоматических заболеваний признается многофакторность – совокупность причин, которые взаимодействуют между собой. Основные из них:

1. неспецифическая наследственная и врожденная отягощенность соматическими нарушениями (поломки хромосом, генные мутации);
2. наследственная предрасположенность к психосоматическим нарушениям;-
3. нейродинамические сдвиги, связанные с изменением деятельности ЦНС – предполагается накопление аффективного возбуждения – тревоги и напряженной вегетативной активности;
4. личностные особенности – в особенности – инфантилизм, алекситимия (неспособность воспринимать и обозначать словом чувства), недоразвитость межличностных отношений, трудоголизм;
5. черты темперамента, к примеру, низкий порог чувствительности к раздражителям, трудности адаптации, высокий уровень тревожности, замкнутость, сдержанность, недоверчивость, преобладание отрицательных эмоций над положительными;
6. фон семейных и других социальных факторов;
7. события, приводящие к серьезным изменениям в жизни (в особенности у детей);
8. личность родителей – у детей – по Винникоту, дети с психосоматикой имеют пограничных матерей; семейная дезинтеграция.

Биологическими посредниками между эмоционально окрашенными восприятиями, психикой и соматическим симптомообразованием выступают медиаторы. Нейроэндокринная и иммунная регулирующие системы играют большую роль в поддержании гомеостаза организма при меняющихся внешних условиях – при психической или физической угрозе, голоде, жажде, в регуляции ритма сна и бодрствования, температуры тела и восприимчивости боли, а также при соматических реакциях на сильные эмоции. Иммунная система – система, защищающая организм от повреждающих влияний, хранит следы воспоминаний о позитивных и негативных обстоятельствах жизни. Уровень нейрогормонов (окситоцин, вазопрессин, гормоны гипоталамуса), нейропептидов (эндорфин и др.) и тканевых гормонов (адреналин, серотонин и др.) меняется при психоэмоциональных нагрузках, что оказывает определённое соматическое действие. Психонейроэндокринология изучает и корректирует эти процессы. Преходящее ослабление иммунной системы происходит при различных заболеваниях: при остром преходящем стрессе (экзамены), при длительных нервных нагрузках (разлука, потеря близкого человека, безработица, социальная изоляция), при депрессивных состояниях на фоне рецидивирующих инфекционных заболеваний (генитальный герпес, СПИД). Такие психологические факторы, как беспомощность и безвыходность, производят сильное повреждающее действие на иммунную систему. Успешное преодоление трудности благоприятствует здоровью. Люди, регулярно посещающие психотерапевта, меньше болеют, меньше пропускают работу по болезни и обращаются к врачам. Этими проблемами занимается психонейроиммунология. Таким образом личность можно представить в виде трихотомической структуры. Тело (сома) – то, что мы являем собой в пространстве. Душа – интеллект, чувства (эмоции), воля, внимание, память; душевное здоровье есть сфера деятельности психиатра. Дух – мировоззрение, нравственно-этические принципы, установки, определяющие поведение человека; формирование духа происходит под влиянием социума.Все едино и взаимосвязано. Условно можно предположить наличие психосоматического континуума, на одном полюсе находятся психические заболевания, на другом соматические, между ними – психосоматические, с различным удельным весом психических и соматических компонентов в происхождении конкретного страдания (рис. 1)

Рисунок 1. Психосоматический континуум.

Существование такого континуума объясняет наличие двух противоположных точек зрения на пусковой момент развития психосоматической патологии: терапевтическая модель – соматоцентрическая парадигма патогенеза (основа заболевания – латентные или субклинические формы патологии внутренних органов), психиатрическая модель – психоцентрическая парадигма (основа – психические заболевания, а соматические симптомы есть эквивалент или составная часть психопатологических симптомов).

Что же позволяет врачу при сборе анамнестических сведений заподозрить психосоматическое заболевание.

1. Наличие определённых личностных особенностей, прежде всего в рамках акцентуации  или психосоматического склада;
2. Биография «богатая кризисными событиями»;
3. Наличие семейного предрасположения к определённым болезням;
4. Развитие соматических и психических расстройств в форме фаз, т.е. их периодичность;
5. Явная тенденция к появлению или усилению соматической патологии в критические периоды жизни;
6. Существование у индивида сексуальных проблем;
7. Сочетание у одного индивидуума выше перечисленных признаков.

Про основные физиологические системы, при которых наблюдаются психосоматические расстройства и заболевания можно прочитать в следующих статьях: